Идея Н.Назарбаева и пути выхода из мирового кризиса

Печать

 


 Мировой кризис на наш взгляд, вызван фундаментальными причинами. В узком, смысле мировой кризис стал следствием серьезных дисбалансов в сфере финансов, в частности из-за перекапитализации финансовых рынков, в результате чего разумное пороговое значение капитализации было превышено. Американский ипотечный кризис явился всего лишь импульсом к разрастанию кризисных явлений.В широком смысле кризис явился результатом жизни в долг (кредит). Когда опасения по поводу возможности невыплаты долгов стали всеобщими и превысили некую пороговую величину, тогда и возник кризис доверия. В результате выяснилось, что многие участники хозяйственных процессов были не в состоянии расплатиться по своим обязательствам.

Наряду с этим, беды современной мировой финансовой системы идут от частного характера контроля над денежным обращением и, как следствие, денежной эмиссии современной единой меры стоимости американского доллара.

Системная оценка современного состояния мирового сообщества была представлена Президентом Республики Казахстан Нурсултаном Назарбаевым в его концептуальных работах, в частности: «Пятый путь» и «Ключи от кризиса». Как отметил Президент Казахстана «… Ни одна из резервных валют сегодня не может реально оценивать, измерять, обменивать, переносить истинную стоимость товаров и услуг. И, соответственно, сложившийся порядок эмиссии и обращения мировых валют не отвечает никаким критериям законности, демократичности, конкурентности, эффективности, контроля со стороны пользователей валют…».

В целом исследование показывает об имеющихся основных мировых дисбалансах, без устранения которых трудно рассчитывать на полноценное и устойчивое функционирование глобальной экономики. Основной дисбаланс – это глобальный характер финансовых рынков и национальный характер их регулирования. Второй дисбаланс – это спекулятивность мировой экономики. Третий дисбаланс — это то, что основополагающей мировой валютой остается доллар США, который все еще не имеют товарной стоимости.
Поэтому рынки тяготеют к созданию пузырей. Четвертый дисбаланс – это последствия проводимой в мире мягкой денежно-кредитной политики и настоятельная необходимость усиления финансовой дисциплины. Пятый дисбаланс – это то, что целесообразность и эффективность рынков должны определятся не произволом людей, а объективными экономическими законами. Поэтому в процессе государственного управления и регулирования особое внимание должно уделяться объективным экономическим законам.
Во время кризиса ярко про­явилась дуалистичная природа американского доллара, ко­торый одновременно является национальной валютой США и мировыми деньгами. При этом идет нарастание противо­речия между функциями доллара как национальной валюты и как международной валюты. Стало очевидно, что отдельная национальная валюта не в со­стоянии выполнять функции глобальной валюты в условиях глобализации экономики и финансов. В этих условиях наиболее вероятным вариантом фор­мирования мировой резервной валюты является система, основанная на специальных правах заимствования (СПЗ). Серьезное преимущество этого варианта — его поддержка Китаем. При этом Председатель Народного банка Китая Чжоу Сяочу-ань перед Лондонским саммитом G20 заявил, что специальные права заимствования МВФ должны заменить доллар в качестве мировой резервной валюты. При этом чтобы построить полноценную мировую финансовую систему, в которой не было бы тех огромных перекосов торговых балансов, которые характерны для существующей международной системы, СПЗ должны быть не корзиной валют. Они должны быть полным аналогом того, чем когда-то было золото в мировой экономике, т.е. они должны быть, во-первых, средством государственного сбережения, а во-вторых — единственным легальным общепризнанным средством международных расчетов. Только создания условий, при которых оборот этих новых финансовых знаков будет закреплен международным законодательством как единственно-легальный, и все международные расчеты будут переведены на эти единицы.
Выход из ситуации, сложившейся в мировых финансах в начале ХХI века, лежит в плоскости создания Мирового валютного союза. Его основой должен стать Мировой обменный валютный банк (МОВБ), который будет распорядителем всех валютных счетов в парциальных валютах, а центральные банки стран-участниц будут иметь в нем корреспондентские счета в м.в.е. Функциями МОВБ станет конвертация парциальных валют в м.в.е., распоряжение парциальными валютными средствами на счетах в иностранных банках и осуществление расчетов между внутренними клиентами и внешним миром. Кредитной функцией этот банк не должен быть наделен. Процентные доходы должны распределяться между государствами-участниками пропорционально размеру корсчета центрального банка страны в МОВБ.
Следует отметить, что экспертная комиссия ООН приветствовала создании новой резервной валюты. По мнению экспертной комиссии ООН, новая резервная валюта внесет положительный вклад в процесс стабилизации экономики, а также позволит сократить дефляционное воздействие крупных резервных накоплений, которые, по мнению многих стран, необходимы для защиты от значительной нестабильности мировой экономики. По мнению лауреата Нобелевской премии по экономике Джозефа Стиглица, бывшего главного экономиста Всемирного банка, для обсуждаемой идеи необходима новая организация для тщательной проработки системы. По мнению Нобелевского лауреата, механизм для оценки новой валюты достаточно прост – он может быть основан на средней взвешенной курсов мировых валют.
По данной проблеме, одним из первых предложения сделал Президент Казахстана Н. А. Назарбаев в статье «Пятый путь», суть который состоит в объединении усилий группы близких стран по разработке и введению в обращение наднациональной расчётно-платёжной единицы (а затем и валюты) принципиально нового класса. Радикальная новизна этого пути состоит в сознательном и целенаправленном переходе от старых валютных единиц иллюзорной оценки стоимости — к новым инструментам реальной оценки истинной ценности товаров и услуг.
При этом Президент Казахстана дает более широкое определение нового класса региональных и мировых финансовых инструментов, идущих на смену старых валют, который включает в себя следующие семь параметров: во-первых, это — новая законная мировая валюта в отличие от старой, дозаконной или даже незаконной мировой резервной валюты; во-вторых, это — новая демократическая валюта, эмитируемая новым демократическим эмиссионным центром в интересах всего человечества, в отличие от старой тоталитарной валюты, эмитируемой финансовым центром одной страны в интересах узкой группы лиц; в-третьих, это — инструмент реального измерения истинной стоимости, в отличие от старой иллюзорной оценки мнимой стоимости; в-четвертых, это — новый финансовый инструмент контролируемого производства прибыли, в отличие от старых инструментов бесконтрольного накопления; в-пятых, это — новый финансовый инструмент целевой, целеполагающей конкуренции и прибыли, служащий единым долгосрочным целям развития стран, народов, мира и человечества, в отличие от старых инструментов конкуренции и прибыли, служащих эгоизму, наживе и жадности; в-шестых, это — новый финансовый инструмент ценностно-ориентированной конкуренции и прибыли, укрепляющий единые ценности развития стран, народов, мира и человечества, в отличие от старых инструментов в неценностной конкуренции и прибыли, разрушающих все базовые традиционные ценности; в-седьмых, это — новый финансовый инструмент осмысленной прибыли, конкуренции и развития, наполненный высшими смыслами интересов развития стран и народов, мира и человечества, в противовес старым инструментам бессмысленного накопления и потребительства.
Очевидно, что разработка и внедрение валюты с такими принципиально новыми качествами есть ясный и верный путь гарантированного вывода человечества из глобального кризиса. Такой путь радикально меняет мировой валютно-финансовой системы и гарантирует устранение глубинной причины этого кризиса. Поэтому надо чтобы новая валюта была обеспечена реальным товаром со стоимостью.
Таким товаром может быть целый склад из тридцати или ста тридцати видов сырья с разными удельными весами. Правда, с точки зрения кейнсианцев, у любых товарных денег есть фатальный недостаток: они «недостаточно гибки», чтобы удовлетворять «глобальную потребность в ликвидности». В этих условиях глава центрального китайского банка Чжоу Сяочуань ссылается на авторитет лорда Кейнса, который, еще в 1940-х предлагал ввести «международную валютную единицу под названием «банкор», основанную на ценности 30 распространенных товаров». Увы, сожалеет Чжоу, тогдашние мировые лидеры недальновидно отвергли этот план и соорудили Бреттон-Вудскую систему.
При этом задача разработки и внедрения валюты нового класса насущна, реалистична и прагматична. Человечество успешно решало гораздо более сложные задачи. Для начала нужны только желание и воля будущих пользователей этой новой валюты. А также — оформление этого желания и воли в единую организацию, которая начнёт решать эту задачу пошагово и практически. Исходя из этого в качестве одного из вероятных, и более того — предпочтительных, вариантов формирования посткризисной глобаль­ной валютной системы считается многотоварный стандарт. Под многотоварным стандартом следует понимать систему, основан­ную на единой мировой валюте, расчет курса которой по от­ношению к национальным валютам осуществляется исходя из достаточно широкого перечня общепризнанных (как пра­вило, биржевых) цен товаров.
При этом надо исходить из следующих соображений: Первое. Единая мировая валюта должна быть свободна от национальных интересов, национальных рисков, на­циональных особенностей формирования цены и националь­ных денежных единиц. Это означает необходимость уйти от стандартов мировой валютной системы, основанных на национальных валютах. В отличие от СДР, многотоварный стандарт использует не корзину валют, а корзину биржевых товаров. Использование корзины биржевых товаров автоматиче­ски исключает какие-либо мотивы субъективного или на­ционального характера при формировании курса валюты. Объем валюты в обращении, который сегодня определяется исходя из национальных целей кредитно-денежного регули­рования, в рамках многотоварного стандарта будет опреде­ляться исключительно спросом глобальных инвесторов, с одной стороны, и наличием обеспечения — с другой.
Второе. Единая мировая валюта должна быть надежной. В кризисные моменты развития мировой экономики инве­сторы перераспределяют свои вложения в пользу наиболее надежных валют, золота и других драгоценных металлов, а также запасов наиболее ликвидных биржевых товаров. В условиях резкого ослабления надежности национальных ва­лют естественным убежищем инвесторов остается набор то­варов, включающий в себя золото и другие драгоценные металлы. С этой точки зрения многотоварный стандарт предлага­ет инвесторам заведомо более надежный инструмент, чем существующие инструменты размещения резервов. Следу­ет учесть, что в реальности валютные резервы размещают­ся не в наличную валюту, а в государственные облигации стран, эмитирующих данную валюту, надежность которых основана исключительно на честном слове правительств этих стран.
Единая мировая валюта многотоварного стандарта в этом плане заведомо более надежна, так как в условиях многото­варного стандарта резервы будут размещаться в обязательства, обеспеченные товарными запасами. Кроме всего проче­го, это означает, что единая мировая валюта многотоварного стандарта не будет подвержена инфляции. Если наднациональная валюта будет рассчитываться на основе представительной корзины биржевых товаров — золото, серебро, нефть, метал­лы, зерно и т.д. — то она соединит в себе достоинства и золотого стандарта, и валютного. Произойдет «заземление» глобаль­ной валютной системы, но на новом уровне.
Третье. Единая мировая валюта должна реализовывать функции всеобщего эквивалента. Именно благодаря этому серебро и золото становились основами валютных систем. Валюта многотоварного стандарта свободна от ограниче­ний и недостатков драгоценных металлов как вариантов всеобщего эквивалента, но способна выполнять все те функ­ции всеобщего эквивалента, которые выполняли серебро и золото.
Мировая финансовая система либеральна по своей природе и будет стремиться – по мере преодоления последствий кризиса – к расширению возможностей свободного перемещения капиталов. Но процесс формирования ее новой архитектуры чрезвычайно сложен и противоречив из-за конфликтов интересов, которые возникают между всеми участниками. «Группа двадцати» (G20) обсуждает проекты преимущественно в отношении глобальной оценки рисков, мониторинга финансовых институтов, но она опять отложила рассмотрение вопроса об изменении подходов к квотам стран в МВФ. Тем временем рецессия развивается при сопротивлении национальных регуляторов и некоторой координации непосредственно со стороны правительств. Мы наблюдаем неконфронтационные, но самостоятельные линии реформ в Соединенных Штатах и Европейском союзе, а также некоторые собственные шаги, предпринимаемые странами БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай).
Намерение G20 осуществить международную кооперацию остается пока довольно общим и неконкретным. К примеру, в ходе Вашингтонского саммита (ноябрь 2008 г.), проходившего в наиболее острый период финансового кризиса, практических договоренностей достигнуто не было. На Лондонском саммите (апрель 2009 г.) удалось договориться лишь об увеличении объема ресурсов МВФ, но не о принципах модернизации мировой финансовой системы. По многим вопросам страны-участницы придерживаются кардинально отличных подходов, поэтому новая архитектура будет плодом длительной конкуренции множества вариантов.
Возросший масштаб финансовой глобализации не сопровождался должным повышением уровня контроля и регулирования. При кажущемся обилии информации очевиден чрезвычайно низкий уровень информационной открытости финансовых участников. Хедж-фонды, фонды прямых инвестиций, инвестиционные компании практически не предоставляли данных, которые позволили бы оценивать риски. Риски в системе стали накапливаться быстрее и в больших масштабах, чем раньше, и их оказалось сложнее идентифицировать. Это привело к неожиданным для регуляторов болезненным явлениям, пути устранения которых пока не найдены. Изменение модели и формата функционирования банковской системы (усложнение операций, роль операций на рынке ценных бумаг, инвестиционный банкинг, секьюритизация) потребует качественно иных регулирующих мощностей.
Провал национальных регуляторов и международных финансовых организаций в момент старта кризиса осенью 2007 года является одной из причин общего недоверия на рынках. Немедленным результатом стала потеря доверия инвесторов к финансовым властям, учреждениям и большинству инструментов. Проблема усугубилась на фоне негативных новостей о глобальной промышленной рецессии. Наряду с прочим особенность этого кризиса заключается в его глобальности и отсутствии «безопасных гаваней» для инвесторов. Финансовая глобализация и постепенное снятие регуляторных требований привели к росту концентрации финансового сектора на глобальном уровне. Число финансовых институтов, считающихся слишком крупными, чтобы обанкротиться, стало чересчур велико даже для таких крупнейших экономик, как США. Крупные финансовые институты также обладают значительным политическим влиянием и могут изменять правила игры в свою пользу, что оказалось верным не только для развивающихся рынков, но и для развитых рыночных экономик.
В этой связи должно произойти сокращение объема производных финансовых инструментов, а также увеличение прозрачности связанных с ними обязательств. Рынок кредитных деривативов (в первую очередь кредитных свопов – CDS) стал одним из основных факторов дестабилизации работы мировых финансовых рынков. Основную проблему, связанную с функционированием рынка кредитных деривативов, составляют высокая концентрация по контрагентам (крупнейшие продавцы – узкий круг финансовых институтов) и асимметрия информации, порождаемая сложными схемами взаимосвязей и перекрестного хеджирования между участниками.
Хотя к основной функции кредитных деривативов относится снижение уровня риска, в целом уровень системного риска повысился. Более того, спекулятивное изменение стоимости CDS, имевшее место вследствие особенностей функционирования этого рынка, может рассматриваться рынками как ухудшение кредитоспособности и стать самостоятельной причиной финансовой паники. Рынки деривативов превратились в объекты наиболее резких нападок. Дополнительные залоговые требования, а также централизованный характер торговли снижают привлекательность этих инструментов как объекта вложения средств, что приведет к сокращению объемов этих рынков. Несмотря на то что в целом производные инструменты повышают эффективность финансовой системы, они должны подлежать отдельному регулированию и контролю. Это снижает риски и отвечает интересам мировой финансовой системы в целом.
Требуется изменение критериев регулирования банковской деятельности, поскольку базельские стандарты перестали отражать изменившийся характер активности крупнейших банков. Глобализация стерла границы между различными типами банковских операций. В дополнение к традиционным функциям финансовых посредников банки всё чаще выступают в качестве операторов на фондовых и валютных рынках как в собственных интересах, так и по поручению клиентов. Базельские стандарты имеют также явный проциклический характер: в период экономического бума фиксированный норматив по достаточности капитала способствует наращиванию и капитала, и активов. В период экономического спада он способствует углублению кризиса за счет необходимости сокращать активы, чтобы выполнять надзорные требования.
В этих условиях создание международного регулятора активно обсуждается. Американская программа (июнь 2012 г.) предусматривает «координацию», но США не собираются подчинять свои финансовые рынки и институты внешнему органу. Деятельность центральных банков на национальном уровне имеет целью снизить степень риска за счет того, что центральный банк, имеющий право эмиссии, выступает «кредитором последней инстанции». Отсутствие такого кредитора на наднациональном уровне является одним из факторов роста системного риска. Финансовые рынки играют всё большую роль и могут стать источником паники, предотвратить которую может только такой кредитор.
Пока реально не существует системы международного регулирования финансового сектора, гармонизированной хотя бы между основными странами. В разных финансовых секторах есть целая группа стандартов и кодексов, разработанных международными организациями и поддержанных МВФ и Всемирным банком. На них ориентируются национальные регуляторы и международные рейтинговые агентства. Однако сложившаяся система не обеспечивает реального регулирования финансового рынка и институтов на глобальном уровне, быстрого реагирования на кризисные процессы. Деятельность таких организаций, как Базельский комитет по банковскому надзору, Международная организация комиссий по ценным бумагам, Международная ассоциация надзорных страховых инстанций, Комитет по платежным и расчетным системам, Совет по международным стандартам финансовой отчетности и ряд других, необходимо их координировать.
Необходим орган, наделенный наднациональными функциями, который вырабатывал бы единые подходы к регулированию разных сегментов мирового финансового рынка. Об этом много говорилось в последнее время, и такая цель закреплена в решениях G20. При этом уже видно, что ведущие страны не готовы отдать часть регулирующих, надзорных и контролирующих функций и полномочий наднациональному органу.
Легитимность деятельности G20 недостаточна, поскольку мировые проблемы должны решаться либо в ООН, либо на основе принятия суммы мер, одобренных национальными парламентами (скорее обоими путями). И тем не менее в результате кризиса вместо единого плана реформы мировой финансовой архитектуры появилось два варианта ответа на вопрос о том, как ее осуществлять, – «американский» и «европейский».
Американский план, представленный в докладе Казначейства «Реформа финансового регулирования. Новое основание: переустройство финансового регулирования и надзора», преследует решение пяти ключевых проблем.
Во-первых, традиционное регулирование направлено на деятельность отдельных институтов, а не системы в целом. Решение – более высокие нормативные требования по всей системе, а также дополнительные требования к выполнению нормативов для крупных участников, на долю которых приходится системный риск. Также предлагается усилить ответственность Федеральной резервной системы (ФРС) за выявление системных рисков.
Во-вторых, секьюритизация и искажение стимулов для выданных банками кредитов. Решение – требования по раскрытию информации, повышение уровня запросов, предъявляемых к сохранению части займов на балансе эмитента, а также перевод большей части производных финансовых инструментов на биржевые площадки для учета риска по ним.
В-третьих, низкая степень защиты прав инвесторов и потребителей. Решение – создание Агентства по защите прав потребителей, которое будет регулировать финансовый сектор на розничном уровне.
В-четвертых, отсутствие необходимых инструментов у регуляторов для действий в кризисных ситуациях. Решение – уполномочить ФРС оказывать поддержку любой финансовой компании (не только кредитным учреждениям), если ее падение способно подвергнуть рискам стабильность финансовой системы.
В-пятых, наличие международного регуляторного арбитража позволяет финансовым компаниям оперировать в наиболее удобных для них юрисдикциях, что понижает эффективность любых мер на национальном уровне. Решение – необходимость скоординированных действий на международном уровне.
Вместе с тем «Европейский ответ» отличается эклектичным характером, так как связан с наличием противоречий внутри самого Евросоюза. Ключевые вопросы для ЕС, связанные с регулированием банков, работающих в нескольких странах, также не решены. К примеру, несмотря на наличие планов по формированию нового Европейского совета по системным рискам, его решения будут иметь рекомендательный характер. Речь идет о структуре Европейского центрального банка (ЕЦБ). Запланировано также создание Европейской системы финансового надзора, которая будет регулировать институты, работающие в нескольких странах.
Основная проблема финансового сектора Европейского союза заключается в том, что институты регулируются на национальном уровне, а большая часть операций осуществляется на общеевропейском рынке.
В целом формирование общих стратегий развивающихся государств пока остается монополией международных финансовых институтов (МФИ). Инструментами воздействия служат как меры для поддержки бюджетов и платежных балансов, так и содействие крупным проектам, включая развитие энергетики, инфраструктуры, финансового сектора. Мировая финансовая система не соответствует новой структуре мировой экономики, в которой роль крупнейших развивающихся стран (БРИК + экспортеры углеводородов) повысилась как с точки зрения размеров экономик, так и по накопленным золотовалютным резервам.
При этом в сфере реформирования финансовой архитектуры наблюдается реальное взаимодействие стран БРИК. Развивающиеся государства ждут не дождутся пересмотра квот и прав голосования в МВФ и МБРР – все это отложено. Однако оказалось, что в условиях кризиса ликвидности и огромной нехватки средств страны БРИК получили статус ведущих… «кредиторов». Китай предоставил МВФ 50 млрд долларов, а Россия и Бразилия – по 10 млрд долларов. Решения по ее использованию имеют соответственно одну важную особенность: они должны быть увязаны с подходами этих «новых кредиторов» к решению мировых проблем. Так что мировая архитектура начала фактически меняться еще и с третьей стороны – под воздействием рецессии и в пользу крупных стран развивающегося мира с положительными торговыми балансами.
В условиях глобализации необходимо ставить вопрос об изменении всей мировой экономической политики. Прежние методы управления экономикой фактически не работают. Они как следствие идеологии монетарного либерализма доказали свою несостоятельность во всемирном масштабе. Если взглянуть глубже, то дело гораздо серьезнее. В данном случае имеем дело со структурным кризисом всей мировой экономической системы.
Бывший руководитель ФРС Алан Гринспен охарактеризовал нынешний кризис, как событие, которое происходит «раз в сто лет». Такого масштабного коллапса, действительно, в мировой практике не было уже давно. Многомиллиардные списания, банкротства, массовая истерия инвесторов — все это реалии сегодняшнего дня. Канцлер ФРГ Ангела Меркель выступая на международном коллоквиуме по теме: “Новый мир, новый капитализм”, посвященном поиску путей регулирования мирового капитализма предложила создать всемирный Совет по экономике при Совете Безопасности ООН. Она подчеркнула, что такой Совет должен действовать эффективно и оперативно, “а не проводить месяцы, а то и годы над составлением рекомендаций”, и должен выработать Хартию экономических норм на долгосрочный период.
Важной проблемой является действующая валютно-финансовая система, которая уже не отвечает современным требованиям и не соответствует ни одному из критериев устойчивости. По этому поводу Президент Казахстана Н.А. Назарбаев отметил, что «действующая парадигматика мировой валютно-финансовой системы сильно отстает от современных геофинансовых и информационных технологий, и не обеспечивает полноценное обслуживание современного миропорядка. В основе текущего глобального кризиса также лежит несовершенство существующей системы мировой валюты. Процедура деятельности эмитента мировой валюты недемократична. Механизм баланса спроса и предложения мировой валюты носит неконкурентный и несвободный характер, а сам валютный рынок не может считаться цивилизованным рынком. Система эмиссии мировой валюты неконтролируема мировым сообществом». Президентом Казахстана было предложено создать единую мировую валюту под эгидой ООН.
В целом для выхода из мирового финансово – экономического кризиса, вносится следующие общие рекомендации и предложения:
I. Для решения проблем мирового экономического кризиса лидеры 20 стран планеты 13-15 ноября 2008 года согласовали Вашингтонскую декларацию о противодействии нынешнему финансовому кризису. При этом они достигли следующих целей: достигли общего понимания коренных причин мирового кризиса; рассмотрели меры, которые будут приняты странами для противодействия нынешнему кризису и обеспечения экономического роста; договорились об общих принципах реформирования финансовых рынков; приняли план действий по реализации этих принципов и поручили министрам финансов выработать дальнейшие конкретные рекомендации, которые будут рассмотрены руководителями на последующем саммите; подтвердили свою приверженность принципам свободного рынка.
Главы государств 20 стран договорились, что нужно предпринять и рассмотреть конкретные меры по восстановлению роста и поддержке развивающихся рынков. В частности, Международный валютный фонд (МВФ), Всемирный банк и другие международные банки развития должны располагать достаточными ресурсами для оказания помощи развивающимся странам, пострадавшим от кризиса, а также для финансирования торговли и инфраструктуры.
Руководители стран договорились о следующих принципах реформы финансовых рынков: укрепление прозрачности и подотчетности путем усиления требований по раскрытию информации о финансовых продуктах и обеспечение предоставления полных сведений о финансовом положении; предотвращения рыночных манипуляций и мошенничества, недопущения конфликта интересов и защита финансовой системы от терроризма, торговли наркотиками или другой противоправной деятельности; усиление международного сотрудничества путем придания более последовательного характера национальным законам и нормативным актам; обращения к международным органам регулирования рынков с призывом укреплять координацию и сотрудничество во всех секторах финансовой системы; реформирование международных финансовых институтов путем модернизации их управления и членства, чтобы страны с формирующейся рыночной экономикой и развивающиеся страны получили более широкие возможности при голосовании и представительстве и т. д.
II. Страны СНГ предложили следующие меры по преодолению последствий мирового финансового кризиса: в целях предотвращения оттока из банков вкладов населения в периоды финансовой нестабильности ввести полную гарантию сохранности денежных средств физических лиц, размещенных на счетах и (или) в банковских вкладах (депозитах); внести для рассмотрения вопрос об изменении структуры золотовалютных резервов путем наращивания в них доли золота и других благородных металлов; рекомендовать государствам — участникам СНГ при необходимости оказать государственную поддержку крупным системообразующим предприятиям (корпорациям) путем выкупа части их акций; разработать в рамках СНГ программу максимального обеспечения внутреннего рынка продуктами питания отечественного производства через увеличение ставок таможенных пошлин на импортные продовольственные товары; переориентировать банковскую систему на инвестирование средств в перспективные бизнес-проекты; в целях создания системы обеспечения использования сбережений населения в качестве долговременного источника инвестиций увеличить процентные ставки по банковским вкладам (депозитам); в целях ограничения вывоза капитала за пределы государств – участников СНГ предлагается усилить валютный контроль и принять меры по сдерживанию инфляции, включая государственный контроль цен на энергоресурсы; в оперативном порядке осуществить обмен информацией по показателям финансового сектора; каждое государство для смягчения давления на своем финансовом рынке должна оценить потенциальный спрос на ликвидность со стороны банков и прочих финансовых организаций (по краткосрочным обязательствам); согласование подходов государств — участников СНГ к разработке и реализации мер денежно-кредитной и финансово-банковской политики: по увеличению ликвидности кредитных организаций путем снижения нормативов обязательных резервов, повышения доступности для банков инструментов рефинансирования, включая увеличение сроков и уменьшение требований к обеспечению кредитов, повышения лимита на размещение средств бюджета на банковские депозиты; по укреплению устойчивости банковского и финансового сектора путем повышения требований к прозрачности и подотчетности кредитных организаций, а также координации политики государств — участников СНГ в сфере надзора и контроля.
III. Антикризисный план стран ЕврАзЭС. Межгоссовет ЕврАзЭС принял решения об учреждении Антикризисного фонда ЕврАзЭС в размере 10 млрд. долл. США (доля Российской Федерации – 7,5 млрд., Республики Казахстан – 1 млрд. (остальные учредители определят размер взносов) и о создании Центра высоких технологий ЕврАзЭС, который будет обеспечивать реализацию научно-технических программ и инновационных проектов в рамках Сообщества.
Основными целями фонда, выступающего как своеобразная «подушка безопасности» для входящих в ЕврАзЭС государств, являются предоставление займов и стабилизационных кредитов государствам-участникам и финансирование межгосударственных инвестиционных проектов.
Подготовлена совместная позиция государств ЕврАзЭС по вопросам реформирования мировой финансовой системы, направленная на преодоление последствий мирового финансово – экономического кризиса. При этом Стороны договорились сообща поддерживать уровень занятости и содействовать малому и среднему бизнесу в преодолении негативных последствий кризиса. Для этого будет проводиться скоординированная политика поддержки рынка продовольствия и других товаров. Также договорились создать условия для расширения использования национальных валют во взаиморасчетах, сдерживать инфляцию и обеспечить устойчивости платежных балансов стран Содружества.
В этих целях на заседании Межгоссовета ЕврАзЭС в Москве 9 июня 2009 года были подписаны ряд документов. В частности, был подписан договор об учреждении Антикризисного фонда, Соглашение об управлении средствами Антикризисного фонда ЕврАзЭС, Соглашение об единых подходах к применению информационных технологий в деятельности таможенных служб государств–членов ЕврАзЭС, Соглашение об основополагающих принципах валютной политики государств-участников ЕврАзЭС по регулированию и контролю операций, связанных с движением капитала.
IV. Консорциум из 10 крупнейших мировых коммерческих и инвестиционных банков объявил о намерении выделить 70 миллиардов долларов с целью помочь финансовым компаниям мира преодолеть негативные последствия кризиса. В консорциум вошли Bank of America, Barclays, Citibank, Credit Suisse, Deutsche Bank, Goldman Sachs, JPMorgan Chase, Merrill Lynch, Morgan Stanley и UBS. В их совместном заявлении говорится, что они инициировали ряд действий, чтобы повысить ликвидность, уменьшить беспрецедентную волатильность и другие проблемы, влияющие на мировой фондовый рынок и рынок ссудного капитала. Тем самым банки договорились создать фонд объемом 70 миллиардов долларов на основе равного участия членов консорциума. Средствами фонда — до одной трети от общей суммы — сможет воспользоваться любой из десяти банков.
Также Япония поможет МВФ кредитом на 105 млрд. долларов для оказания помощи развивающимся экономикам, пострадавшим от глобального финансового кризиса. Необходимые средства правительство Японии получит из национальных золотовалютных резервов, которые сейчас составляют около 980 млрд. долл. (второе место в мире после Китая). Японский кредит мог бы серьезно помочь МВФ, который планирует выделить на неотложные кредиты развивающимся странам 200 млрд. долл.
V. Реформа банковской системы. В этой связи соответствующие коммерческие банки рекомендуем преобразовать в инфраструктурные и инвестиционно-финансовые корпорации, дифференцированные по отраслям: инвестиционно-промышленные, аграрные, сервисные, торговые и т. д. Общая архитектура банка должен иметь сетевой характер. Ценность же сетевого продукта заключается не только и даже не столько в его физических и функциональных свойствах, сколько в отношении к нему потребителей. Благодаря использованию современных информационных технологий, постепенно вся экономика должна стать сетевым продуктом. Ясно, что в процессе формирования таких структур произойдет значительное укрупнение банков за счет как поглощения и слияния, так и органического роста. Количество расчетно-кассовых центров, которые сейчас присутствуют в финансовой системе под видом банков, сократится обратно пропорционально числу крупных финансовых структур, работающих на рынке. В то же время появление финансово — инвестиционных корпорации на кластерной основе решит застарелую проблему ориентации банковской деятельности по оказанию специализированных услуг.
VI. Развитие банковской системы требует создания новых продуктов и поиска новых партнеров. Поэтому большой интерес представляет собой “исламские финансы”, банки и финансовые учреждения, работающие по законам шариата. Главное отличие исламских финансов от мировой банковской модели — это отказ от ссудного процента.
Традиционный банк покупает и продает денежные средства, получая выгоду за счет ссудного процента. Исламский же банк переводит кредитную основу финансового бизнеса на инвестиционную. Банк открывает счета, на которых накопляет (аккумулирует) средства вкладчиков. Этими средствами банк финансирует предпринимателей. Однако вместо традиционного процента, предприниматель делит полученную прибыль с банком, а тот в свою очередь с вкладчиком. В зависимости от конкретных механизмов и инструментов исламской банковской системы распределяются и убытки. Главный же принцип таков: вознаграждение банка или вкладчика не является изначально гарантированным, а возникает как производное от прибыли бизнеса.
Таким образом, из экономического оборота полностью выводится основа традиционной банковской системы — ссудный процент. В соответствии с вышеперечисленными принципами допускаются различные формы коммерческого сотрудничества и предпринимательского партнерства.
В последнее время исламский банкинг стал одной из самых быстрорастущих финансовых отраслей в мире. Несмотря на финансовый кризис, отрасль росла на 15% ежегодно (а в странах Организации Исламская конференция рост достигал 20%). Интерес к исламским финансовым инструментам активно растет не только в Малайзии, но и в Китае и Южной Корее. Так, Малайзия, выпустившая около 76% мирового объема исламских облигаций, позиционирует себя как общемировой центр исламских финансов. В целом же в мире существует около трех сотен исламских банков и других финансовых организаций.
VII. Одним словом финансово — экономический кризис необходимо общими усилиями преодолеть. Когда и какие перспективы ожидается — попытались предсказать эксперты Всемирного экономического форума (ВЭФ). Организация выпустила большой доклад на тему: «Будущее мировой финансовой системы», посвященный этой проблеме. В отчете ВЭФ отмечается, что эпоха стремительного развития, длившаяся более двух десятилетий, подошла к концу. Сейчас мир столкнулся с замедлением экономического роста и усиления влияния государства. Это, а также ряд других факторов, полностью изменит привычную картину мировой экономики, считают аналитики.
При этом эксперты прогнозирует на ближайшие 12 лет развитие финансовой системы мира по следующим направлениям:
Первый условно назван «Финансовым регионализмом». Если все пойдет согласно этому сценарию, экономика развитых стран продолжит замедляться, в то время как развивающие страны начнут стремительно догонять ушедшие вперед США и Европу. Формирование нового блока, лидером которого выступит Китай, приведет к тому, что экономическая связь США с миром сведется к туризму и покупке энергоресурсов. Вопрос энергетической безопасности станет ключевым, а доллар и евро утратят свой статус мировых резервных валют.
Второй сценарий получил название «Изолированный протекционизм». Он является самым пессимистичным. Согласно ему, рецессия затронет все без исключения страны мира, которые будут вынуждены отмежеваться друг от друга, заботясь исключительно о собственных интересах и предъявляя другим странам претензии.
Третий вариант развития событий носит название «Восстановленный западный центризм». Он предполагает, что западные экономики сохранят за собой лидерство, а развивающиеся страны еще долго не смогут прийти в себя после глобального кризиса. При таком сценарии эксперты ожидают создания нового наднационального регулирующего органа, который, однако, не будет в должной степени учитывать интересы развивающихся стран. В результате произойдет маргинализация рынка Китая, Индии, России и других стран. Это может вызвать угрозу нового кризиса.
Сценарий под названием «Сбалансированная многосторонность» является самым оптимистичным. Он предполагает, что мировые экономики будут медленно набирать обороты. Мировой ВВП сократится, США будут сталкиваться с новыми кризисами, а развивающиеся страны не смогут выйти на прежний уровень роста, но благодаря этому участники мирового сообщества встанут на путь интеграции. Повысится значимость глобального регулятора экономики. В этих условиях в обновленной финансовой архитектуре мира возрастет роль стран БРИК.
VII. В мире существуют не одна, а две экономики, одна реальная, где создаются реальные товары и услуги, а вторая спекулятивная, где торгуют биржевым товаром и различными ценными бумагами, отражающими якобы стоимость субъектов реальной экономики. Если первая экономика развивается по классическим рыночным законам, то вторая — по спекулятивным. Цель реальной экономики — получение прибыли через снижение затрат и повышение потребительских свойств товара, а цель биржевой фондовой экономики — нажива через спекуляцию на товарных и фондовых биржах. Вторая не может существовать без первой, паразитирует на ней и является уникальным изобретением мировых спекулянтов, которые, искусно управляя подъемами и спадами фондового рынка, снимают дивиденды.
В этих условиях, на наш взгляд, вместо того, чтобы спасать тех, кто потерял большие деньги на финансовых спекуляции, нужно было их выкупить в государственную собственность и нанять эффективных управляющих, заработав при этом хорошие деньги. Это в равной степени относится и к банкам. Создать новую мировую валюту. При этом, и это главное, финансовая система должна быть вторичной и заниматься только обслуживанием экономики, а не паразитировать на ней.
Нужно приступить к оздоровлению финансовой системы, а через нее и реальную экономику страны. Субъекты экономики должны получить доступ к кредитным ресурсам, что станет стимулом развитие экономики. Сейчас стало очевидно, что корректировке должны подвергнуться не только механизмы ипотечного и потребительского кредитования, но и действующие нормативы банковской ликвидности и платежеспособно­сти. Необхо­димо поставить заслон перед многими вторичными платежными инструментами, разного рода деривативов, не обеспеченными средствами платежа. Кредитные деньги должны контролироваться столь же тщательно, что и первичная денежная эмиссия центральных банков, чтобы дело не доходило до избыточной совокупной денежной массы, находящейся в обращении. В противном случае может вместо инфляции наступить неожиданный затор и беспорядок в кредитной и платежной системе с уже известными последствиями в виде всеобщего паралича кредитно-банковской системы. Нельзя допускать и чрезмерной задол­женности банков и корпораций, которая в случае внезапного ухудшения конъюнктуры ставит их перед массовым банкротством. Здесь также необходимы определенные лимиты, превышать которые непозволительно.
В основном антикризисные программы стран мира сосредоточены на реализации мер в трех основных направлениях: восстановление банковской и финансовой системы через вливание финансовой ликвидности; поддержание незащищенных слоев населения; стимулирование внутреннего спроса через систему государственных расходов, поддержки системообразующих компаний и отраслей.

Сакен Еспаев, директор ИЭ КН МОН РК, доктор экономических наук

Copyright 2012-2013. Институт экономики Комитета науки МОН РК. Designed by IT Sigma.